Формы выражения – языки и диалекты местности
Улица Окско-Перовозная (ныне Калинина) называлась так, потому что шла прямиком до реки Оки, а там была переправа, ходил паром.
Озеро Поповая лужа. Объект находится в лугах южнее посёлка. Имеет округлую форму. Глубина около 2,5 метров. Вода очень холодная, т.к в ней много родников. Называется так потому, что луга и это озеро раньше принадлежали попу.
Купавино или Кунавино (на этом месте сейчас находится м-он Совхозный). А раньше это были пруды с холодной водой. Там женщины стирали белье, купались (Купавино) или окунались, поэтому Купавино.
Болото Горелка (между п.Мирный и п.Шиморское). В этом болоте много торфа, в жаркую погоду оно горит, поэтому так и назвали.
Лысая гора – раньше на ней ничего не росло, поэтому и лысая называлась.
Озеро Колодливо. Расположено в пойме лугов реки Оки. По берегам этого озера росли большие деревья, которые подгнивая у корневищ, падали в озеро. Дно озера забито корягами да колодами от стволов. Вот отсюда и пошло название этому озеру.
Озеро Разваново. Находится на юге-западе от посёлка на расстоянии около 1 км. Название указывает на характер озера: оно сильно разливается весной. Озеро сточное.
Имеет протоку в реку Оку.
Озеро Теребень. Расположено за озером Разваново. По форме напоминает это озеро букву Т. Отсюда и название Теребень.
Лазутов пруд. Находится на улице Конышева. В 1901-1902 годах купец Лазутов сделал запруду за своим домом. Отсюда и пошло название этого пруда.
Топонимы
Любопытный исторический факт: топоним «Шиморское» появился только в 1845 году, а до того село носило другое название – Старое жито. Кстати, самое время упомянуть о происхождении названия. Есть несколько различных версий, которые можно встретить в местных краеведческих летописях, но некоторые из них выглядят весьма сомнительными. Так, например, одна легенда гласит о давних временах, когда по Оке никакой водный транспорт ещё не ходил, и впервые увидев лодки на реке, местные жители в испуге кричали: «Ши, морская сила!». Если здраво рассуждать, эта версия не выдерживает никакой критики. В самом деле, человечество знает о лодках уже несколько тысячелетий (первые примитивные плавсредства изготавливали из цельного ствола дерева), а уж в XVII-XVIII веках люди, жившие по соседству с рекой, знали о лодках и подавно. Потому эта версия с происхождением топонима видится надуманной, где домыслы просто «подогнали» под само название.
Ещё одна легенда рассказывает, что в давние времена во время половодья река Ока широко разливалась, внешне напоминая море, и местные жители, глядя на затопленные территории, говорили: «Ширь морская». Якобы от созвучия этих слов и получилось вот такое романтическое название – Шиморское.
Другая версия гласит, что название посёлка якобы пошло от двух старинных слов: «ши» (серебро) и «маар» (богатая). Начнём с того, что в этой легенде не определена народная группа, на языке которой «серебро» звучало бы как «ши». Если обратиться к трудам великого отечественного лингвиста А. Зализняка, то в классификации его слов можно прочитать, что «ши» – неодушевлённое существительное среднего рода, и тут упомянутое «серебро» как бы с натяжкой под это определение подходит. Современное «маар» означает цилиндрическое углубление в земной поверхности, образовавшееся в вулканических областях при взрывах газов. Однако до сих пор нет ни одного пояснения в наших публикациях, что означало это слово несколько сотен лет назад, и, главное, на языке какого народа.
Версия №1. Название происходит от финно-угорских слов «шим» (чёрная) и «арь» (заводь).
Версия №2. Есть предположение, что название посёлка Шиморское произошло от древнего слова «шиморить». В толковом словаре Владимира Даля 1863-1866 гг. слово «шиморить» означает «копаться над чем-либо, сидеть, биться, возиться». Кстати, в том же словаре есть похожее по звучанию слово «ши́ма», означающее верхушку, маковку, темя чего-либо, а второе значение этого термина – чуб, космы.
Версия №3. Муромский краевед Епанчин уверен, что в созвучных Шиморскому местных топонимах Шимарной (залив озера Большое Свято в Навашинском районе) и речки Шимарной впадающей в этот залив присутствует корень «шим» (марийск. «грязь»), а «ар» когда-то могло звучать как «ур» (озеро). Он видел здесь «шимур», возводя эту конструкцию к реликтовому языку муромы.
Версия №4. Николай Морохин, в своих изысканиях, был уже ближе к тюркской версии - он предполагает, что в названии заключен корень «ши» - «белый, серебряный», известный у волжских булгар, и «мари» - «человек» - так называют себя марийцы. Морохин допускает и другое словоразделение - две финно-угорские основы «шим»- «черный» и «арь» - «сухой исток». В другом месте он озвучивает возможность происхождения названия от наименования разновидности речных судов шиморянок. Дескать, Шиморское было одним из мест, где эти шиморянки строились.
Версия №5. Деревня Жито, в 1676 году известная как Старое Жито, к концу XVII века обезлюдела и запустела. Только в начале XVIII века люди вернулись на эти места. Но, характерно, что село возродилось уже под названием Шиморское. Очевидно, такое название носила данная местность, и к моменту возникновения нового поселения этот топоним был в ходу у местных жителей, поэтому и пережил название заброшенной деревни. Здесь в основе названия может быть скрыто древнее тюркское личное имя Шимор означающее «баловник», «шалун».
Легенды о Рощине, который по слухам закопал свои клады на Лысой горе между Тамболесом и Шиморским
Атаман Василий Рощин — герой народных преданий, известные нам до недавнего времени лишь по записям, сделанным в деревнях и сёлах Выксунского р-на Нижегородской обл. Первоначально предполагалось, что разбойник Рощин является исключительно местным фольклорным персонажем, ничем другим не отличающимся от многочисленных нижегородских разбойников, рассказы о которых записывались в различных сельских районах области. Первые подробные записи народных преданий были сделаны во Владимирской губернии в середине XIX века священником с. Шиморское Меленковского уезда А.Н. Полисадовым. Он указывает, что по преданию старожилов лет сто назад в д. Тамболес (недалеко от Шиморского) жили три брата - Елисей, Петр и Василий Ивановы, по фамилии Рощины, причём Василий, отданный в солдаты, сбежал и стал атаманом разбойничьей шайки, которая в течение семи лет грабила округу, в том числе и речные суда. Награбленное Рощин прятал в Рожновом бору и на Koлодливом озере. Уже в этих рассказах сообщается, что Рощин был колдун: умея заговаривать ружья, и пуля его не брала.
Местных жителей Рощин особенно не обижал, однако прославился своей жестокостью, очень часто его жертвы оказывались подвешенными со связанными руками и ногами над горящими вениками. Убили Рощина на Колодливом озере, когда отряду казаков и солдат, посланному для его поимки, помогли местные жители с неким стариком из д. Старая Верея Артамоном, который был еще более сильный колдун, чем Рощин. Раненый Рощин упал с лодки в воду, схватился за борт, но крестьяне отрубили ему обе руки топором, и он утонул. Местные жители в скором времени начали поиски кладов Рощина, которые оказались ‹проклятыми». А братья Василия Рощина «вдвоем близ Тамболеса и вверх пo Оке долго еще пошалили, покутили и наконец пропали без вести».
Таким образом, уже в середине XIX в. в народных преданиях о разбойнике Рощине отмечено появление типологических разбойничьих мотивов: Рощин — колдун, оставивший много «заклятых» кладов.
После смерти Василия атаманом шайки стал Петр, переместившийся вверх по Оке к Елатьме и Касимову. Его брат Елисей с небольшой группой иногда действовал самостоятельно, в результате чего в ноябре 1774 г. был схвачен. Отряд Петра Рощина ликвидировали во второй половине 1775 г. Сам же он не был ни убит, ни схвачен, сведения об этом отсутствуют.
Разбойные действия братьев послужили исторической основой для создания народных преданий о разбойнике Рощине. Популярный писатель М.Н.Загоскин (1789-1852) опубликовавший в 1836 году в журнале «Библиотека для чтения» повесть «Кузьма Рощин», где он пишет, что шайка разгромлена, а Рощин пропал без вести, «он обернулся серым волком и, как слышно, убежал в Брынские леса, где и теперь рыскает по ночам и воет так, что кругом его верст за десять по всему сырому бору стон идет, земля дрожит и птица со страстей гнезда не вьет». Имя Кузьма М.Н.Загоскин дал своему герою либо потому, что не знал настоящего имени Рощина либо по каким – то иным соображениям.
Рассказы о Рощине, включенные в фольклорный сборник «Предания и сказки Горьковской области», составленный московской писательницей – фольклористом Н.Д.Комовской (1897-1986), побывавшей в выксунском районе в 1937 г., говорили о том, что Рощин «мужиков не обижал, к мужикам дружелюбный был», нападал на речные суда и «Если богатого-грабил, если бедняка-помогал», одной старушке дал десять рублей на покупку коровы. Комовской Н.Д. был сделан вывод, что разбойник Кузьма Рощин – фольклорная фигура, так как в архивах и различного рода исторических документах нет упоминания о Рощине.
Писатель П. И. Мельников-Печерский (1818-1883) в романе «На горах» (1875-1881) упоминает уже знаменитого разбойника Кузьму Рощина, грабившего во второй половине XVIII столетия и зарывшего много кладов в Муромских лесах. Пристальное внимание к персонажу местных народных преданий не оставило безучастными и выксунских журналистов.
В 1964 г. в Саратове была издана повесть Н. П. Ключарева (1910-1990), уроженца с.Шиморское, «Железная роза» (вошедшая затем в состав дилогии «Работные люди»), одним из героев которой был рабочий баташовских заводов Василий Рощин, поднявший под влиянием пугачевских агитаторов бунт на заводах и организовавший вооруженный отряд, нападавший на речные суда. Кроме того, Н. П. Ключарев ввел в повесть мотив личной мести: Рощин стал мстить Баташову за то, что тот отобрал у него невесту. Во второй части дилогии «Работные люди» (1984) Н. П. Ключарев сделал Рощина солдатом суворовской армии, погибшим при штурме турецкой крепости Измаил.
А вот предание, которое поведал нам фольклорист В.Н.Морохин:
"Рассказывала мне мама, Марья Алексеевна, про свою бабушку Наталью. Давным-давно это было: тому назад лет, пожалуй, сто пятьдесят или даже больше. Молоденькой была тогда мамина бабушка. А жила она здесь, в Шиморском. Вот один раз, накануне базарного дня, когда Наталья собиралась купить корову, стала она считать деньги. Деньги она эти долго копила. И надо же было такому случится, что у бабушки Натальи не хватило целых трех рублей! Что делать? Подумала она, подумала и тут же решила сбегать к родственнице в соседнюю деревню Тамболес: не откладывать же покупку на целую неделю! Решила и пошла. А дорога –то сначала полем, а потом, как и теперь: лесом пролегала. Пока шла Наталья через поле, вроде ни о чем и не думала и ничуть не страшно ей было. А как в лес вошла (да тут еще смеркаться стало), струсила. Вспомнила она деревенские рассказы про леших, а главное – про самого Кузьму Рощина. Тот якобы совсем близко, в лесах Муромских, бесчинствует. И побежала наша Наталья. Бежит она что есть мочи, по сторонам оглядывается. Бежит и видит: навстречу ей человек вышел. Остановил он ее и спрашивает:
-Ты что бежишь, молодица?
-Боюсь Кузьмы Рощина: ходит, говорят, тут разбойник, людей обижает...
-Не верь ты этому…
- А что?
- Вот я, Кузьма Рощин и есть, на, смотри на меня, а обижаю я только богатых… Ты-то ведь не богатая?
-Какое тут богатство: бегу в Тамболес три рубля занять, - осмелев ответила бабушка Наталья, - на корову, вишь, не хватает.
-Тут я тебе помогу, сказал Кузьма Рощин и дал ей три рубля."
В записях, сделанных Н. Д. Комовской в 1937 г., называются уже оба имени Рощина: «...Рощина звали Василий Иванович» [Комовская 1951: 61], «Кузьму Рощина по-настоящему Василием звали...» [Комовская 1951: 55].